skushny: (by Макс Фрай)
          

* * *
Смерть, мёртвая, как лодка в камышах,
которую забыл заткнуть хозяин, –
она уже не стоит ни гроша,
ей нынче имя новое сказали.

Цветное имя, темное, как сон…
Оно – тугой воды больной избыток.
Его шерстит и шьет со всех сторон
Ночная ночь, читающая свиток.

Его готовят к тайне ремесла
стать челноком для растворенных в Смерти,
для тех, кому во мраке нет числа,
кто стал дождем вселенской круговерти.

Их всех ей предстоит перевезти
на новый берег сотворенной плоти,
на новые слова перевести
их смутный шепот, найденный в полете.

Задача Смерти – перелицевать
изношенность оборванных пальтишек,
умыть, одеть и перецеловать
разбросанных по станциям детишек.

В вокзалах этих страшный беспризор,
зал ожиданья переполнен плачем,
и прыгает под лавки, как Трезор,
ища хозяйку, мокрый глупый мячик…

Вот так и ты, когда перешагнешь,
как эта лодка, через жизни шлюзы,
пойдешь в дозор, и чей-то нос утрешь,
раздашь паёк и теплые рейтузы.

Дежурить возле кухни полевой,
со всех концов к огню сбирая души –
пока не пропоет над головой
сигнал подъема в море и на суше.



* * *
На улицах лежит мороз, как тать,
что ношу взял впервые не по силе,
и жалко бросить, и не может встать,
и бросил бы, да словно подкосили, –

всё глубже, глубже пропадает в сон,
торжественный, как Иже Херувимы,
что на полях России спит не он,
а он – не тот, проклятый и ловимый,

а мамин мальчик с сетью нитяной,
с перепелами, в новенькой рубахе,
так пахнущей обновой и весной,
и в баньке спят до полночи все страхи.

Лежит мороз, а скоро быть весне.
Придет весна, и старого не станет.
И мальчик, раскидавшийся во сне,
ночные страхи утром не вспомянет.

Придет весна, и выбросит ключи
от царствия ненужного земного,
когда умрет мороз, как тать в ночи,
в цветной рубашке, пахнущей обновой.



* * *
"Голова пса". Автор погиб с помпой,
пытаясь, в числе других, местный залить вулкан.
Предположительно, изображенье Бога.
Материал: пепел, обсидиан.

Се сукин сын. Больше сказать не в силах,
экскурсовод в спазмах бежит к ведру...
Город заснул, хлопьями слов засыпан,
листья страниц корчатся на ветру.



* * *
Выставка-продажа сыра.
В робких личиках мышей –
ожиданье казней, ссылок,
обещанья ворожей.

Святость. Плач Отца и Сына.
В небе мертвые коты.
Жутко, празднично и сыро
в ожидании Звезды.

Жутко, прянично, и враки.
Не дают, ну, не дают.
В кронах сгрудившись, собаки
без пристанища поют.

Мрак. Тепло. Тревожно. Сыро.
И прочтут – сейчас, сейчас! –
о чудесных свойствах мира
новорожденный рассказ.



* * *
Императрица празднует брачную ночь.
По всей стране флаги, никто и не думает спать.
Мы в воздух с тобою бросаем
шуршащий тугой серпантин —
мы празднуем Вечность,
мы счастливы будем опять.

По всей стране Вечность,
все пьют земляничный крюшон,
и чепчики ловят, 
и в небо бросают опять — 
всё будет Любовью,
всё будет у нас хорошо —
поэтому в небе салюты,
никто и не думает спать.






Лови, Иоланта, на счастье
цветной серпантин,
в салютное небо
бросай, как снежки, амадин!
Они возвращаются, видишь —
теперь полетим.




Туда, где Сиянье,
Туда, где Господь Победил.



* * *
Все предметы в квартире скосились в Ту Сторону, Где Ты:
пОлки рвутся к тебе, как объятые Зовом полкИ;
даже платья в шкафу, от тоски, что тобой не надеты,
пустотой рукавов вторят тёплым изгибам руки.

И вода, для тебя так умевшая ласково литься,
сносит краны в отчаянье: что, мол, кого-то жалеть?
Так же рушится люстра, на чьи-то ненужные лица
не имея желания, их освещая, смотреть.

Дом, покинутый смыслом, трепещет, как стрелка компАса,
ищет полюса в мире, где ты королевой зимы
затворилась в дворце… И уходит, как Стэнли в пампасы,
чтоб найти Ливингстона, душа, потерявшая «Мы».

То вдруг щёлкнет замок, то буфетная стенка, то чайник
прокряхтит стариковски: «Оставила…» Нет тишины
в напряжённом, как жилы, орущем, надсадном молчанье
мёртвой радиоточки перед окончаньем войны.

          

skushny: (skushny)
          

ШЕСТЬ НОЛЬ

Когда простоволосая кикимора
с мороза в комнату тишайшая зайдёт
ни слова не успеет чайник вымолвить
и ложка в чашечке как маятник замрёт

замёрзнет день и время остановится
и рыбки речи вплавленные в лёд
замёрзнет день и сердце обескровится
в кристалл потычется как кутька и уйдёт

когда простоволосая тишайшая
покроется рисунками стекло
и в белый свет пытался продышать ещё
но мальчик Кай тебе уже тепло

какая же ты снежная красивая
замёрзнет день и ничего не жаль
когда горело солнце апельсинное
ты с Гердою от холода дрожал

когда простоволосая и лёгкая
раскрошится в печенье даже сталь
я поцелую тихий тёплый лёд её
в котором смерть и ничего не жаль

олень умрёт и Герда остановится
на широте Лапландии и сон
разбудят и забудет и условятся
и принц и крик не воронов ворон

когда простоволосая забытая
как жизнь назад – и мне уже тепло –
я складываю Вечность, как разбитое –
я вспомнил ВСЁ! – морозное стекло.



* * *

Я жил у мамы в кошельке.
Она меня с собой таскала,
как жилку синюю в виске.
Она была медведь коала.

Мы ели душный эвкалипт,
душистый думный сон эфирный,
чтоб камень жизнь перекалить
в лампаде лиственной надмирной.

Освобождая маслом плоть
от жажды воинства и крови,
мы таяли в ветвях, Господь,
как многосвечие Любови.

И так, исполнясь тишины,
мы тихой плотью оскудели,
что стали миру не нужны,
и нас голодные не съели.

Так были горла поперек
судьбе в ее железной хватке –
наш плюш, и сон, и кошелек,
и эти скромные лампадки.



* * *

Всё ниже и ниже летит ворон.
Рыба в банке сходит с ума.
Я никогда не любил твой город.
Как хорошо, что пришла зима.

Конь да собака идут с колядками.
Вертеп, варганчик, с шестом звезда.
Всех Саломея закружит блядками,
и срубят голову навсегда.

Что же вы, дуры, детей попрятали,
это театр, и из тряпок царь.
Снегом забито крыльцо парадное,
с черного к девке взойду крыльца.

Круглы глаза у домашней рыбицы,
цепь вырывает из конуры.
Холодно, сердце, куда нам рыпаться, –
я зажигаю твои костры.

Летчик летит, а река не движется.
Где же, царица, твои венки.
Снег или птица кружится ниже все,
спицы, сверкая, крадут витки.



* * *

Даже выдохнуть мыльный пузырь зевоты,
остолбенев, отказывается тростник.
И заплакавшей: «Ну чего ты?»
достается только лишь: «Ты есть ты».

Отвяжись. У тебя достоверный запах,
недоступный тексту или врачу,
как вопль солнца, падающего на запад,
цвета детского «не хочу».



* * *

Полон листвой, как оставленный короб,
туес безропотный берестяной,
Прошке весёлому скажет Суворов:
я над тобой, а Господь над страной.

Бог чердаков и заумных медвяниц,
Бог заушений и крестных гвоздей,
Угличский Боже воров и пианиц,
Боже созвездий, приливов, людей —

Бари Краильсы сверкающий Боже!
Дай нам не плакать над этой страной —
съёжившись, тихо свернуться, как ёжик,
в короб оставленный берестяной.



* * *

Бывало, хорошо: глотнешь кусочек неба
на закусь сирую, и дальше марш-галоп.
И думать незачем о прелестях Эреба,
когда вот он: весь в розанах сугроб.
 
Весь в розанах, как детства одеяло,
прощеньем и прощанием цветет,
и пусть ребенка ждет от мертвого Диана, -
все все равно, и иволга метет.
 
И иволга плетет крючком над Волгой
смурную речь о подвигах, о снах,
о том, что по мосту идти недолго,
а за киоском - глядь, она - Весна.
 
От ног твоих корявых, от заботы
равнять секатором избыточность ветвей -
бежать, как фрайер эльф, в восторженность субботы
лобзать ступни у дочерьки твоей.
 
Как хорошо с подаренным колечком
уйти, лист подмахнув: все отбомбил!
В подвальной сотне грамм умоется сердечко,
и сушечка вкусна, что твой пломбир!



* * *

Если ты можешь молчать чуть потише,
выключив даже память о Том, Кто Ждёт —
то ты услышишь, как в церкви летают мыши,
а за мышами печальный летает кот.

Если ты будешь делать все вещи сразу,
став Совершенномудрым, как василёк,
то ты напишешь нежно одну лишь фразу,
что, мол, гуляют девки — и весело.

Если ты станешь камнем или косою,
камнем в косе послушника Шаолинь —
будь бесконечно робок перед красою
воздуха, чье блаженство пошевелил.

Если ты Тот, Кого Ожидает Сокол —
стань подаяньем, и Радость его прими,
между стропил и строф проносясь высоко,
как Всемогущий, выдуманный людьми.

          

Profile

skushny: (Default)
skushny

February 2017

S M T W T F S
   1234
567891011
1213 1415161718
19202122232425
262728    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 04:21 pm
Powered by Dreamwidth Studios