skushny: (by Макс Фрай)
          

* * *
Колодник и инок пост
обходят.

Небесная муть и муторная
хлябь. Ног переборы.
Из пластиковой канистры
глоток. Разговоры
о том, чего нет...

Бог неуютен. Сыр
режут на "Известиях".
Разговоры, разговоры... и роз
колючая проволока...

Вино и одеяло.
Иноки, инокини. Сад
неуютен и дик.
Спорят под переборы и дурь
подогревают холодом.

Бог неуютен. Уходят
колодник и инок.
Небо и одеяло.
сыр и вино с собой
уносят...

Которые сутки
я жду известий.



Заоконная мышь

Мы посидим у камелька
И, согреваясь понемногу,
Охотно примем коньяка -
Вновь подоспевшую подмогу.
Ведь живы мы и слава Богу.

Заоконная тишь
Занавешена гладью
За окном ты сидишь
Слышишь песню канадью
Неприметен как мышь

Заоконная тишь
Занавешена гнилью
Но от гибели Миш
Заслонимся мурилью

заслонился мурилью

А нам - тепло и холод -
Как смена дня и ночи
Для тех кто бодр и молод
В мороз Москва как Сочи
И Петербург, и Петербург
и Петербург как Сочи

и петербург как сочи



* * *
- Ночные волки! В ушах кресты!
- Бажать. И жечь за собой мосты.

Жмутся медвежатники к Медведице-Маме.

Не сдаются зайцепоклонники
в Подземном Храме.



Прощальное

Обласкан лапкой лягушачьей,
щенячьим писком растревожен,
травинкой в нос защекотат,

он обделен судьбы вниманьем,
чему и радуется втайне,
и благодушествует в уголке.
Но не пройдет и года...

Обыскан пальцами тревоги,
депрессией ночной допрошен,
объявлен вне любви закона,
как бумажная салфетка
смят.

Подорван поясом несчастий,
убит Аль-Каедой расставаний,
измен кремирован огнем.
И забудем о нем.



* * *
       в Москве увалили некоторых, особо мурчащих. Слышали?
        adolfych

        Мне хочется домой в огромность
        Квартиры, наводящей грусть.
        Приду, сниму пальто, опомнюсь,
        огнями улиц озарюсь



        Б.Пастернак

Первый час ночи
бетонная площадочка над морем
пластиковые стулья сложили
голый по пояс юноша
смывает пыль струей воды
пряный запах водорослей
это мой любимый ЮБК
южный берег крыма
в августе здесь божественно хорошо

но сейчас мне хочется
домой в огромность
квартиры наводящей грусть
скинуть рюкзак
озариться огнями улиц
пронзительное М макдональдса
стоп-сигналы машин его драйв-ина
напротив
неоновые недоиероглифы
сушильни
а я включу 2x2 или поставлю
Псоя Короленко
я тебя люблю
аля-улю
аля-улю

но бывает
хочется
в мурчащесть
мне хочется назад в мурчащесть
правда я слышал
что особо мурчащих увалили
и я могу только догадываться
кто такие мурчащие
но мне кажется
любому носителю языка
интуитивно понятна
мурчащесть

человек так устроен
что хочется в мурчащесть
или просто
мурчать
иногда
и не особо сильно
ведь это если верить Адольфычу
смертельно опасно
боже как страшно жить
ссыкотно как говорит молодежь
ее нельзя не любить.


























































письмо

дорогие мои
Костик, Лошара
и Председатель Земного Шара,

защитите мир от Поэзии,
от маркетинга Вечности,
от пиара Смерти

человек слаб, канючит:
«поэт, сделай нам поэтично»
«приготовь коктейль из мандельштама и рильке»
другой:
«потешался над крахом Империи?»
ну
«смотрел по ящику
драму Боинг и Близнецы?»
ну да
«покупал в переходе сигареты
у бывших профессоров мгу?»
да но
«так пиши, сучонок!»

нихачу нихачу нихачу

милые
Костик, Лошара
и Председатель Земного Шара,

как объяснить,
что смерть - никчемный пиарщик?
а вечностный маркетинг – утопия?
поэтический кавай
и политический сугой
(что это?)
не спасут отца русской демократии
от себя



* * *
рафинированный
 рафинадный
   что же ты плачешь?



Да он и не плачет.
Такие не плачут.
Метафоры слёз роняют они
в культурологический суп.

Что до меня, то я вообще о зиме.
Она - закончилась.
И то сказать, уже 29-е марта.
Снег, некогда белый,
зрелище неприятное.
- Ладно, некогда.

рафинированный
 рафинадный
   что же ты плачешь?



Некогда, коллега. Спеши,
некогда белый,
в Метфизическое Метро,
поторопись не стать
Очевидцем Событий.

рафинированный
 рафинадный
   что же ты?
               что же?


























          
skushny: (skushny)
          

* * *
Я был тут в гостях у друга.
Не виделись мы лет восемь:
меня недолюбливает его супруга,
с трудом мы друг друга выносим.

Открывает друг мой мое пиво,
супругу выставляет из кухни.
Стол шатается и стоит криво,
полка на голову вот-вот рухнет.

Заглядывают тут ребенок и собака,
— Садитесь, — говорит друг, — это Левшин,
переводчик: переводит бумагу,
творческая личность, в общем.

Говорили о любви, об искусстве,
все допили, но не остановились:
друг отправился за водкой. В отсутствие
с супругой танцевали под «Битлз».

Далее мы втроем пили.
При этом впятером пели.
У «Подбельского» меня четверо били,
но недолго: два мента подоспели.

Теперь я опять один.
Не проходит глаз, переводов по горло.
Голова побаливает, но это — погода.
Тошно жить, это — аглицкий сплин.


Дед Пихто и Дядь Сосна

Дед Пихто
и дядь Сосна
сто суток без сна
слоняются по стране
которая как во сне

Конь в польто
на нем Чебурашка
несутся вскачь
слышат ветра плач
в стране Рашка.

Вслед по небу летят
Конь-Ворон
Конь-Бляд


Прощальное

Обласкан лапкой лягушачьей,
щенячьим писком растревожен,
травинкой в нос защекотат,

он обделен судьбы вниманьем,
чему и радуется втайне,
и благодушествует в уголке.
Но не пройдет и года...

Обыскан пальцами тревоги,
депрессией ночной допрошен,
объявлен вне любви закона,
как бумажная салфетка
смят.

Подорван поясом несчастий,
убит Аль-Каедой расставаний,
измен кремирован огнем.
И забудем о нем.


4 Ноября 2008

Багрец и Золото
в черных полиэтиленовых мешках
ждут у края тротуара
- Стемнело, кажется, - говорит Багрец.
- Ноябрь. Дни коротки, - соглашается Золото.

Этим летом рухнула виртуальная экономика.
Сабпрайм моргидч, упав,
Завалил все ажурное здание, возводившееся десятилетиями.
Суконное рыло реальности
просунулось в калашный ряд: «Я знало! Я знало!»

Едва ли.

Сегодня, между прочим, праздник.
Веселится и ликует
одинокий пенсионер,
он пропустил с утра соточку потом еще и еще.
Муть ноябрьского неба (первые числа)
непроницаема.
Равнодушная природа (грязноватые фасады офисных зданий)
внемлет потаенной беседе:
- Как-то так всё быстро, - сокрушается Багрец.
- Да, - соглашается Золото.


* * *
Утром было нелегко
Вечер неслышно подошёл
Мы стояли смотрели на небо
Кто-то запускал ракеты
Было сухо но вчера был дождь
Я смотрел на новый черный Рено
С капота через крышу на багажник
пятнышками грязи тянулись следы кота
мы смеялись и я жалел
что в моем мобильнике нет камеры.
В мае мы переехали.


феи кофеен

Февральский ветер
в ущелье Ленинского
многокилометровый
сквозняк
минус 20 стынут
меганы и светофоры

веганы и софоморы
(опять забыл кто это)
прячутся в теплые щели
кофеен

Феи кофеен жужжат
сыплют корицу в капучино
льют айриш крим в латте

Парижачьи щебечут
читают лаптопы
мы на краю Европы
нам улыбается Кафка
и Мария Рильке
в платье вечернем шлёт
воздушные поцелуи своих элегий
и все бы ничего но
ветер.

Ветер очень холодный.

Стихи прячутся в щели
пока ветер
гонит
скотину бытия.

          
skushny: (skushny)
* * *

на могиле Батхеда
жухлые венки
краска смыта дождем
дождичек моросит сквозь листву
кривоватые березки
молодые голоса смех
сегодня Пасха
Бивис принес живые цветы
достает из кармана чекушку
отпивает из горла
трясет седой головой
наливает стопочку
ставит на могильную плиту
кладет iPod рядом

подметает веничком
у оградки
брызгает водопроводной водой
из бутылки пепси

Батхед кстати не умирал
считай и не жил
как и Бивис

И еще два. )

Profile

skushny: (Default)
skushny

February 2017

S M T W T F S
   1234
567891011
1213 1415161718
19202122232425
262728    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 25th, 2017 03:21 pm
Powered by Dreamwidth Studios