skushny: (skushny)
          

* * *
На поле танки грохотали,
Солдаты шли в последний бой,
А на Луне лежал в печали
Какой-то alien больной.

Его сородичи погибли,
Его обидеть мог любой,
А клоны лейтенанта Рипли
Весь мир заполнили собой.

Я вижу тварь полуживую —
Пасть раскрывая неземную,
Она сейчас совсем умрёт
И вместо снега дождь пойдёт.



* * *
Вот пещера, скажем, для примера,
И огромна, и в деталях подробна.
Это, парень, не такая пещера,
Что Платоновой пещере подобна.

И ползучих в ней полно, и летучих,
Быстрых тварей. Следишь за мыслью?
Тебя главному Платон не научит,
Видеть волка, работать мышью.

Никакой тебе здесь волк не товарищ.
Хорошо запоминай все приметы.
Если знаешь комбинацию клавиш,
Лара Крофт успеет выхватить пистолеты.



Героика

место уже известно его изменить нельзя
время не знают даже проверенные друзья

всё равно не опаздывай / не теряй лица
запиши в молескин партийного образца

если не все вернутся чёрные корабли
даже если останусь в лунной лежать пыли

мы всё равно встречаемся / подругу целует в лоб
у изваянья анубиса площадь молотов-риббентроп



* * *
Это странно, очень странно
Homo sapiens’ом быть,
Просыпаться утром рано,
Просыпаться, чтобы жить.

Дверка в сон полуоткрыта,
Не очнувшись, ум молчит,
А из зеркала небрито
Homo sapiens глядит.

Как-то это всё туманно,
Непонятно и туманно,
Почему ему не странно —
          Против неба,
          На земле.
Это очень странно мне.



* * *
по кладбищу как пушкин не брожу
задумчивою рысью пробегаю
<а внутренняя рысь: во бля! как вертится земля!
я знаю рысь я знаю>
вокруг идёт физический процесс
во мне идёт химический процесс
идёт биохимический процесс
и маленький вышинский речь толкает



* * *
С берега смотрит старик
Почти равнодушно:

Самоходная баржа везёт
Трупы врагов



Артхауc

спешит берлинская девчонка
по освещённому перрону

внутри по длинному вагону
идёт немецкая турчанка

одночастёвка эка малость
араб идёт из ресторана

я эту фильму городскую
смотрю с московского дивана

лети лети вдоль Eisenbahn’a
Аллаха милость и немилость

          
skushny: (skushny)
          

* * *
Оса гуляет по стеклу,
А смерть стоит в своём углу
И смотрит на осу.
Оса, подобная орлу,
Скользнула тенью по полу,
А смерть ей говорит: оса



* * *
человек человеку другой
мальчик думает: я иной
никогда не умру
или умру как герой
попирая смерть
героическою ногой

но сначала встретить её хочу
и в толкучке задеть плечом
девочку сильно бьющую по мячу
правильно взмахивающую самурайским мечом

у москвы-реки
взявшись за руки
мы рука в руке
налегке
со взрывчаткою в рюкзаке



* * *
сразу за поворотом
история становится фразеологическим оборотом
<снарком и бармаглотом>

сном троечника    ван сусанин
ныряет в сумеречную зону

крейсер идёт на одессу выходит к херсону
всё равно победа будет за нами



* * *
красная шапочка приходит к психоаналитику
говорит я по нему тоскую а бабушка всё равно потом умерла

мама вышла замуж за двух охотников не слушает критику
и много чилийского пьёт мерла

вот не надо мне про стокгольмский синдром
мне ещё возвращаться в дом

перешагивает через порог отмахивается от осы
долго ест пирожок становится на весы



2101 год

обновлённые
собирают себя
в космическую дорогу

сатана
возвращается к Богу

каково тебе
новый сапиенс
хладнокровный после апгрейда
без кушетки и фройда
<но мы говорим без фрейда>
без огня и храма
не знающий слова мама

надо проще смотреть на вещи

только бесы
спасутся
потому что веруют и трепещут



Русское

хаус холмс и пуаро
спорят до ночной звезды
кто из них возьмёт ведро
молча принесёт воды

хаус холмс и пуаро
лодку мастерят себе
<поминальную кутью
погребальную ладью>

ну а мир идёт к зиме



* * *
пасхальной открытки загнутый уголок
с краю слегка надорван бело-розовый ангелок

не сладок и не приятен горящих помоек дым
аутентичный ангел ужасен и несравним

чем же — ведь не рукою? — он держит Москву в горсти
ни с чем посюсторонним его не соотнести

ни с какою формой земною ни с чем что мы видели тут
его чуют лежащие в коме они его не назовут

от угарного газа пухнет моя голова
в ней тухнут антропоморфные человеческие слова

а он приближается жаром паром с кипящей реки
где по загробной Капотне строем идут должники

          
skushny: (skushny)
          

Декабрь

Подключение по локальной сети два.
Сетевой кабель не подключён.

Он подключён, но дышит едва-едва,
Как ты за моим плечом.

И никто не при чём.
Ты сказала: приснилось вот поутру —
Кошка ест какую-то ерунду.
Отвечаю: встаёшь поутру —
Она действительно ест ерунду.

Засыпая, переворачиваюсь на правый бок.
Просыпаюсь с привкусом крови во рту.
Осторожно думаю, есть ли Бог.
Кошка восторженно прыгает в темноту.



Отрывок

Я знаю, нам, тебе и мне,
Не встретиться в аду.
Сам по себе, хоть и в толпе,
На Страшный суд пойду.

И ты на тот же Суд пойдешь
И то же обретешь,
Но среди адского огня
Не различишь меня.



[3 декабря]

Зимний день убывает со всех сторон,
     Время идет к концу.
Молодой сплевывает,
Спрыгивает на перрон,
     Добру молодцу всё к лицу.
Нелегко среди тех и этих воров
     Молодому быть.
Вон плакат остался от выборóв,
     Можно дальше жить.
Не спешить, в Москве посчитать ворон.
     Надо дольше жить.
Много разных дел до конца времен.
     Многих надо убить.



Март

в сумерках выйду одерну пиджак
рыжий по снегу крадется кошак

кто там в потемках меня стережет
мертвая кошка меня бережет

в мире подземном     там а не тут
как мою мертвую кошку зовут

но не вмещает сознанье мое
новое страшное имя ее



Imagine

прежде чем крымский татарин пройдет из мечети к себе на двор
человек из лэнгли посмотрит на монитор
и послушный ему беспилотник сделает круг
но покажет ему не виноградники и сады
а как нечто высунувшись из воды глядит из моря на балаклаву
творец видит каждый волос в его ноздре и дрожание рук

в лучшем из лучших миров премию б дали астрид линдгрен и станиславу



* * *
в шереметьево мелкий но все же дощ
стоит новотель среди бедных рощ
(пуштун далеко собирает мак)

щасливые не думают откуда в “шереметьево” мягкий знак

они забудут слова “наркомнац”
“от тайги до британских морей”
“главлит” “коржаков” “пепелац”

(самолет называется “в.челомей”)



Май

мертвые беспокоят как старый сломанный зуб
своим частичным отсутствием мешающий языку

майская ночь на кухне звериный суп
складка матраса к слабому позвонку

мертвые беспокоят как товарищей господа
или господ товарищи май рядовой блатной

если верить ученым вокруг инвертированная пустота
суетится цветет и пахнет весной

черной собакой за ночь обегав москву
утром упырь на помойке грызет полимер

‘третий некрасов’ лосев пригов в каком-то шкафу
и почему-то саблин глупый морской офицер

          
skushny: (skushny)
* * *
Казалось ясным, внятным,
Совсем уже понятным.
Теперь оно ушло
И время то прошло.

Там, где прошёлся ластик,
Остался детский хлястик.
Осталось и пальто,
Но и пальто не то.

В нём ходит через мостик
Над зимнею водой
Немолодой агностик,
Уже не молодой.


Декабрь

Подключение по локальной сети два.
Сетевой кабель не подключён.

Он подключён, но дышит едва-едва,
Как ты за моим плечом.
И никто не при чём.

Ты сказала: приснилось вот поутру —
Кошка ест какую-то ерунду.
Отвечаю: встаёшь поутру —
Она действительно ест ерунду.

Засыпая, переворачиваюсь на правый бок.
Просыпаюсь с привкусом крови во рту.
Осторожно думаю, есть ли Бог.
Кошка восторженно прыгает в темноту.


Praesens
Ирине Ермаковой

В узкой полосе настоящего,
Кипящего и бурлящего,
Накатывающего, как прибой,
Трудно не быть собой.

Чувствуешь себя не «Титаником»,
В котором гуляет паника
(Море и льды,
Море и льды),
И не пассажиром «Титаника»,
И не командиром «Титаника»,
А какой-то хреновиной, запускаемой из-под воды.

И когда она не в охотку
Покидает подводную лодку,
Хорошо ничего не хотеть,
Потому что ей долго лететь.


[МКАД]

в хаммере бумере
мчится по кольцевой
знает думает
я не обкурен не пьян
видит внутри кольцевой
лес стеной
за кольцевой
начинается океан

я наверно уже не живой
я хочу добраться домой
бесконечное существо
непонятное никому
окружает его
отвечает ему
убирает во тьму
где уже никогда ничего


* * *
полвека прожил среди людей
своих и в стране своей
а это другое время
не мое и не для меня
это другое племя
и не моя родня
как болит моя голова
от халявного коньяка
день и ночь шумит не моя москва
Хищник смотрит на Чужого      Чужой на Хищника


[Ночь Гарри Поттера]

Она вроде разбойничьей приближающейся ладьи
Или там отважной, на ферзя нацеливающейся ладьи,
Хоть горшком назови, только в жаркую печь не клади,
Так бормочет очкарик, пытаясь доплыть до утра.
(Гарри Поттер реальней церетелевского Петра.)

До утра забрасывается и вытягивается сеть.
Какая-то Роулинг ему выбирает смерть.
Он что-то предчувствует, сомневается до поры.
Он уже не уснет от ее креативной жары.

Можно убить злодея, оправдаться перед Творцом,
Дожить до конца истории и увидеть перед концом
Своего творца с обезумевшим женским лицом.
(Катятся в боулинге чудовищные шары.)


* * *
вот и всё
остальное ничто
skushny: (skushny)
* * *

Я понял себя в эти дни
(Грызя подмосковный сухарь)
Воронам и крысам сродни.

Всеядная умная тварь.

Profile

skushny: (Default)
skushny

February 2017

S M T W T F S
   1234
567891011
1213 1415161718
19202122232425
262728    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 04:24 pm
Powered by Dreamwidth Studios